ПРО КНИГУ, КОТОРОЙ НЕТ

17 ноября 2006

…А если бы она была, то на самой первой странице нужно было бы поместить вот это стихотворение:


Рис. В.Чапли
    Ветер свернулся калачиком,
    И успокоился лес;
    Ёжик прикинулся мячиком
    И потихоньку исчез…

    Где-то за тёмными ветками
    Медленно бродит луна;
    Звуками редкими-редкими
    Дышит в лесу тишина.

    Хочет и заяц ночью поспать,
    За день и заяц может устать…
    Тихо в лесу,
    Тихо в лесу.

    Не разбудите лису!


Рис. В.Белышева

Почему-то кажется, что эти строчки больше других похожи на своего автора. Обычно Алексей Кондратьев писал для малышей ещё короче. И тогда самая главная, самая прекрасная его черта — огромная нежность ко всему живому — могла ускользнуть мимолётно или показаться просто улыбкой из нескольких слов. Но «Лесная колыбельная» — большая. Там на самом деле есть ещё и про муравья, и про дятла, и про каплю росы, которая задремала прямо на колючем репейнике, — целых двадцать две строки поэта, который не выдумывает стихи, но думает стихами.
Кузнечик. Рис. П.БагинаВопрос о том, кого следует считать живым, для этого человека вообще никогда не стоял. Если он спрашивает: «Что у дерева болит?..» — то никакой шутки в этом нет, только тревога, забота и естественное, как сама природа, чувство равенства.

    …В траве невидимка-кузнечик стрекочет,
    И мне неизвестно — чего же он хочет?

    А может быть, грустно сегодня ему?
    Пока я не понял…
    А после пойму?

Понять можно. Но при одном условии: если на самые неожиданные вопросы давать самые серьёзные ответы:

Рис. Н.Устинова

    Где ночь в лесу
    Всего длинней?

    Длинней?
    Наверно,
    У корней.

    Вот у вершин
    Другие ночи:
    Там день — длинней,
    А ночь — короче!

Ни один читатель, ни большой, ни маленький, никогда не догадается, где в этих лёгких стихах милая наблюдательность превращается в тихую философию, и каким образом в девяносто восемь печатных знаков (не считая пробелов) умещается картина мира. Но у Кондратьева всегда так. Он способен показать большое в малом и преподать урок диалектики, превратив беспощадные законы жизни в детскую дразнилку:





    Дятел огорчён всерьёз —
    Что-то затупился нос…
    А букашка рада —
    Так ему и надо!

Дятел. Рис. В.Алфеевского

Мудрец Кондратьев очень редко пишет «о детях», но всегда — для детей. Это большая разница и надёжный знак мастерства. Поэт Кондратьев ни на секунду не притворяется, что «видит мир глазами ребёнка». Зато он видит в ребёнке собеседника, а не объект педагогических притязаний:

Рис. Н.Устинова



    …Я знаю:
    Сейчас перейду через реку.
    Я знаю:
    Сейчас подойду к человеку
    И бережно,
    Как разжигают костёр,
    Неторопливый
    Начну разговор.

Самые весёлые и «незатейливые» стихи Алексея Николаевича Кондратьева можно было бы развесить по городу — поближе к детским учреждениям всех сортов, начиная от роддома, а также напротив каждого окна, за которым живут дети. Вдруг кондратьевское отношение к неодушевлённым предметам хоть что-нибудь подскажет неодушевлённым взрослым:




    Можно двадцать тысяч раз
    Уронить железный таз.

    А фарфоровую вазу
    Уронить нельзя ни разу.

    Ведь на двадцать тысяч раз
    Надо двадцать тысяч ваз.

Ваза. Рис. С.Острова

Но стоит ли бестактно шутить о наглядной массовой агитации, если писатель практически лишён своего естественного и общедоступного воплощения? Настоящая книга детского поэта Кондратьева — это действительно книга, которой нет. В 1991 году, вскоре после смерти автора, мелькнуло последнее издание объёмом в несколько страниц, разрисованное (чтоб не сказать — размалёванное), как допотопный цирковой балаган. На этом связь с читателем закончилась. За предшествовавшие этой публикации двадцать с лишним лет (начиная с 1968-го) несколько аналогичных, как говорят в библиотеке, «лапшовых», то есть тонюсеньких изданий имели место быть. Но кому из современных малышей реально доступна и желанна потёртая «книжная тетрадка», которая старше папы с мамой? К тому же, Алексею Кондратьеву не всегда везло с оформлением текстов. Пожалуй, только однажды художник Н.Козак в крошечной книжечке «Ветер» (размером 11 на 14 сантиметров) сумел приблизиться к интонации предельно простых и всегда гармонически цельных четверостиший. Но где та книжечка, вмещавшая в себя всего пять стихотворений?
Один-единственный раз, в 1987 году, издательство «Детская литература» расщедрилось и выпустило в свет книжку, как будто похожую на книжку, — сто страниц в твёрдой обложке с лирическим названием «Таенька-Тая». К сожалению, под обложкой оказалось больше недоумений, чем радости: отнюдь не безупречный подбор стихотворений и чёрно-белые (серые!), какие-то «неживые» иллюстрации, рассчитанные на детей непонятного возраста.
Это несправедливо.
Ведь настоящая детская книга Алексея Кондратьева вовсе не должна быть какой-то особенной. Не так много стихов успел написать этот поэт, и никакого пышного «гламура» его стихам не надо. Можно даже не сочинять предисловия-послесловия: пусть малыши пока не узнают, что человек, который чаще всего писал про ветер, с четырнадцати лет был практически неподвижен, перенёс четырнадцать операций и умирал несколько раз. Он сам не упомянул об этом ни единым словом. Зато написал:

Рис. Н.Устинова



    Растаяли в лужах
    Осколки мороза,
    Под дудочку ветра
    Танцует берёза!..

    Но ветер утих,
    И берёза поникла,
    Без ветра она
    Танцевать не привыкла.

Даже название для красивой новой книги Алексея Кондратьева уже четверть века дожидается своей обложки. В 1980 году Алексей Николаевич подарил нашей библиотеке тот самый крошечный сборничек (11 на 14 см.) и вместо конвейерного «от такого-то такому-то» написал красными чернилами:

ЭТА КНИЖКА МАЛЫШАМ ДЛЯ РАЗГОВОРА ПО ДУШАМ

Не станем же мы бессмысленно дебатировать на тему о том, почему книжный рынок беспощаден, а библиотека — не издательство. Все, кому приглянулись поэтические строчки Алексея Кондратьева, обильно процитированные в нашей заметке, сумеют при желании найти не одно, так другое старое издание. Полиграфическим качеством можно, в конце концов, пренебречь. Скажите спасибо, что хоть от руки переписывать не надо. Вот несколько вариантов:

Кондратьев А. Ветер / Худож. Н.Козак. — М.: Малыш, 1979. — [8] с.: ил.

Кондратьев А.Н. Гости / Рис. Р.Вольского. — М.: Малыш, 1979. — [16] с.: ил.

Кондратьев А.К.[Н.] Если встретите собаку: Стихи / Худож. Т.Васильева. — М.: Малыш, 1986. — [8] с.: ил.

Кондратьев А.Н. Загрустил крокодил: Стихи / Рис. Л.Шульгиной. — М.: Дет. лит., 1982. — [16] с.: ил.

Кондратьев А.Н. За каждой рекою: Стихи / Рис. Н.Короткина. — М.: Дет. лит., 1975. — [15] с.: ил.

Кондратьев А.Н. Таенька-Тая: Стихи / Рис. З.Яриной. — М.: Дет. лит., 1987. — 112 с.: ил.

Кондратьев А.Н. Хрупкий лист: Стихи / Рис. Р.Вольского. — М.: Малыш, 1981. — [16] с.: ил.

* * *

В этой публикации использованы работы художников, которые на самом деле никогда не оформляли книжек Алексея Кондратьева.

Ссылки:
Малышам Кондратьев А.Н. Стихи

© Идея и содержание: РГДБ
Разработка: brainhouse.ru
Победитель конкурса Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru