АЛЕКСАНДРОВА ТАТЬЯНА ИВАНОВНА

20 декабря 2003

Татьяна Александрова. ФотографияОткуда может появиться нечистая сила? Вопрос сложный. Ответ простой — отовсюду! Да вот хотя бы из-под веника. Не верите? А как же тогда быть с домовенком Кузькой? И хотя ему только семь веков от роду и до взрослого домового еще расти и расти, все равно он самая что ни на есть настоящая нечистая сила. И появился он именно из-под веника, которым девочка Наташа решила подмести пол в новой квартире.
Неплохое начало для сказки. Впрочем, эта сказка и не могла начаться по-другому. Девочку на самом деле звали Наташа, вернее — Таньнаташа. Как и ее сестру-близняшку. Они были и похожи, и неразлучны, так что тратить время на выяснение, кто из них Таня, а кто Наташа, никому просто не приходило в голову. Вот и появилось это странное, но очень удобное и даже почти сказочное имя.
Но сказка жила не только в имени. Она незаметно и затейливо вплеталась в обычную городскую жизнь. А ведь, казалось бы, Москва 30-х годов XX века мало располагала к сказкам. Рис. Т.И.АлександровойДа и семья девочек была вполне вписана и в то время, и в то пространство. Отец, в недавнем прошлом красногвардеец, работал инженером по лесосплаву и редко бывал дома. Мама — врач. Старшая сестра — школьница. Огромный пятиэтажный дом на Большой Почтовой (квартира Александровых располагалась высоко — аж на четвертом этаже). Налаженный, хотя и не особенно богатый быт. Революционные праздники и демонстрации. Так откуда же в этом вполне рациональном и строго организованном мире взяться сказке?
От нянюшки. Само ее имя — Матрешенька — уже настраивало на определенный лад. Тем более что она, Матрена Федотовна Царева, поволжская крестьянка, всегда находила время побаловать своих подопечных сказкой или присловьем. А еще она была рукодельницей и всячески пыталась украсить их дом. Рис. Т.И.АлександровойСалфетками да лентами, бумажными кружевами да яркими картинками. Мама иногда даже возмущалась: «Это же мещанство, безвкусица!» А близняшкам нравилось. Они и сами не раз пытались вырезать из бумаги узоры, правда, не всегда удачно. Зато с рассказыванием сказок и всяческих историй дело обстояло значительно лучше. Особенно у Тани. Она могла и знакомую сказку превратить совсем в неведомую, и новую сочинить. У сестер даже словечко такое тайное появилось. «Тарас», — говорила Наташа. Что значило: «ТАня РАСсказывай!» И она рассказывала. И сестра, и подружки слушали завороженно.
Почти так же завораживало сестер еще одно увлекательное занятие — рисование. Порой кажется даже, что они начали рисовать раньше, чем ходить. А когда стали постарше, им к тому же очень повезло с учителем. Рис. Т.И.АлександровойДевочки пришли в одну из московских художественных студий и попали под крыло Татьяны Александровны Луговской, удивительной женщины, талантливой театральной художницы и педагога Божьей милостью. Под ее руководством увлечение стало перерастать в профессию. Так что после окончания школы и Таня, и Наташа поступили в институты «с художественным уклоном». Наташа — в Архитектурный. Таня — в Институт кинематографии на отделение мультипликации.
Успешно закончив ВГИК, Татьяна Ивановна сначала работала на «Союзмультфильме», потом преподавала в Пединституте, вела студию при Дворце пионеров. Но где бы она ни работала, чем бы ни занималась, ее давнишняя знакомая — СКАЗКА — неотступно следовала по пятам, то прячась в эскизах и набросках картин, то складываясь в целые истории, которые художница придумывала для своих маленьких приятелей. А как, скажите, по-другому Татьяна Ивановна могла удерживать этих шустрых непосед все то время, пока рисовала их портреты?
Рис. Т.И.АлександровойИ постепенно из этих придуманных историй, из наблюдений за ребячьими играми, из ее собственных детских воспоминаний стали складываться книги.
На самом деле только человек, который каждый день общается с малышами и к тому же хорошо помнит свое детство, мог задуматься над вопросом: «Чего не хватает игрушкам для полного счастья?» Одежда у них есть, мебель и посуда тоже. Серьезно так задуматься и понять: «Да ведь у них нет книг, их игрушечных книг!» Какая несправедливость!
Десять сказок для «Сундучка с книжками» и восемь школьных учебников для «Игрушечной школы» Татьяна Ивановна Александрова сама и написала и нарисовала. А к следующей ее опубликованной сказке — «Катя в игрушечном городе» — поэт Валентин Берестов, муж Татьяны Ивановны, сочинил стихи. Так что у этой книги сразу два автора.
И, наконец, в 1977 году к читателям пришел домовенок Кузька со всей прочей веселой и доброй нечистью. Да и могла ли эта «нечисть» быть злой?! Нет, не могла. И не пустила бы сказочница в свою книжку злую нечисть, не дала бы разрушить мир, придуманный с такой любовью и нежностью.

Рис. Т.И.Александровой
Ссылки:
Произведения
Литература о жизни и творчестве
Экранизации
Малышам. Александрова Т.И. Кузька; Катя в игрушечном городе

См. также:
Книги Татьяны Александровой на Яндекс.Маркете

© Идея и содержание: РГДБ
Разработка: brainhouse.ru
Победитель конкурса Rambler's Top100 Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru